Категории

Материалы

Флеминг, Ян

Сведения о детстве Яна Флеминга мало кого интересовали до появления романов о Джеймсе Бонде. Он родился 28 мая 1908 года в Лондоне.

Семья, в которой появился мальчик, была очень богатой и известной в округе. Совершенно естественным было то, что родители, работавшие в парламенте, обеспечивали своему чаду самую лучшую и перспективную жизнь, ради чего и работали долгое время.

Они очень старались устроить Яна в лучший колледж, окончание которого сулило ему высокую должность, и обеспечить сына всем необходимым. Знаменитый Ян Флеминг окончил «Итон Колледж», а после неудачных попыток устроиться на работу поступил в агентство «Рейтер», где занимался журналистикой.

Ян Флеминг был очень способным юношей. Он быстро учился, усердно занимался спортом и уделял внимание языкам. Вообще-то он мечтал стать дипломатом. К сожалению, это так и осталось в грезах Яна, поскольку он провалил главный экзамен – английский.

Знаменательным этапом в жизни юноши было поступление в военно-морскую разведку. Командир и другие служащие были просто в восторге от отчетов и докладов Флеминга, потому что они всегда читались легко и были интересны, увлекательны, похожи на настоящие детективы. Ян Флеминг прославился благодаря необычной фантазии, литературному мастерству, ему просто не было равных. Кроме того, он прекрасно справлялся со спецоперациями, которые выполнялись при помощи уникальных подходов, и с разработкой стратегий.

Жизнь, полная тайн

Жизнь Яна Флеминга была полна тайн и невероятных событий. Всю Вторую мировую войну он провел на секретной службе Её Величества, эвакуировал короля Албании, налаживал связи с союзниками, находящимися на территории США, разыскивал секретные лаборатории и руководил сложнейшими операциями. После окончания боев Флеминг решил уйти в отставку и заняться делами, которые были ему по душе.

В последний год войны Ян попал на Ямайку и понял, что мир существует без бомбежек, перестрелок и смертей. Там он увидел огромное количество доступных фруктов, море рома и прекрасную погоду – настоящий рай для отслужившего человека. Ян решил остаться на острове и наслаждаться чарующей атмосферой как можно дольше. Именно здесь Флеминг построил бунгало, в котором и написал первые строки своего знаменитого романа

Бунгало, в котором жил писатель, называлось «Золотой глаз». Именно в этом необычном месте закончилась тайная жизнь Яна Флеминга и началась совершенно иная пора. Этот период стал переломным для мужчины, в его романтичном жилище появилась первая книга об агенте 007. Кроме того, один из романов имел такое же название, как и крохотный дом Флеминга. С тех самых пор тайны и приключения остались в прошлом, находя отражение только на страницах романов о неуловимом Джеймсе Бонде.

Поклонникам писателя очень интересно узнать о том, был ли женат Ян Флеминг?!

Семья известного писателя образовалась необычным способом. В молодости мужчина был ловеласом и многолюбом. У него никогда не было постоянной женщины. Когда Ян стал встречаться с замужней красавицей, в этом не было ничего удивительного. Но настал тот момент, когда Флеминг решил остепениться. Его возлюбленная Анна объявила о том, что ждет ребенка и готова развестись ради их семейного счастья.

Известный писатель в сорокатрехлетнем возрасте узнал, что вскоре станет отцом, и полностью поменял свои взгляды на дальнейшую жизнь. Он терпеливо ждал свою избранницу на Ямайке, в то время как писал роман «Казино "Рояль"». Ян Флеминг, жена которого поселилась с ним в бунгало и согласилась провести там всю оставшуюся жизнь, всячески вдохновляла своего возлюбленного, поэтому писатель часто упоминал о том, что именно она была его музой.

 

И к нему пришла слава!

 

Для некоторых людей после сорока лет жизнь теряет блеск, авантюризм и краски. Но только не для Яна Флеминга. Когда ему было сорок пять, весь мир впервые увидел книгу о Джеймсе Бонде.

Всего за двенадцать месяцев роман разошелся тиражом в семь тысяч экземпляров. Чуть позже книгой заинтересовались американцы, которые в итоге купили права на нее. Именно в этот момент Ян Флеминг, биография которого круто изменилась, стал знаменитым.

Его роман публиковался тысячами, миллионами экземпляров. Его читали практически все и везде. Критикам не по душе пришлась история об агенте 007, они никак не могли смириться с существованием супергероя, но им ничего не оставалось делать, как с завистью смотреть на огромные продажи романа.

А через некоторое время многие люди уже не своей жизни без историй о жизни великого Джеймса Бонда. Роман стал частью американской культуры, а действующий президент США признался, что в свободное время с удовольствием читает книги с главным героем агентом 007. Некоторые считают, что такой сногсшибательный успех к Яну Флемингу пришел благодаря цинизму, с которым он писал свои книги.

Он открыто утверждал, что романы и другая литература пишутся ради трех вещей: денег, славы или удовольствия. В некоторых случаях – для всего вместе. Сам же писатель рад был заниматься подобным видом деятельности, но не скрывал и того, что доходы от книг его делают еще счастливее. С тех пор как Ян Флеминг стал популярен, он стабильно один раз в год выпускал свой новый роман, которого все ждали с нетерпением.

Но по-настоящему знаменитым Флеминг стал благодаря экранизации большинства написанных им романов. Даже после смерти писателя фильмы продолжали снимать и представлять публике. Всего было выпущено восемнадцать лент, главным героем которых был, конечно же, Джеймс Бонд. Последней стала картина «Завтра не умирает никогда», снятая в 1997 году. Умер Ян Флеминг от инфаркта. Также стоит отметить, что он очень любил курить и просто обожал джин. После смерти писателя еще на протяжении 33 лет фильмы, основанные на его романах, продолжали выходить на большие экраны и радовать публику, а особенно поклонников агента 007. И сегодня кинематограф не собирается останавливаться: картины о секретном британском агенте в исполнении разных актеров бьют кассовые рекорды.

«Казино Рояль» (англ. CasinoRoyale) — первый роман об агенте британской разведки Джеймсе Бонде. Впервые опубликован 13 апреля 1953 года в издательстве JonathanCape. Роман впервые переведён на русский язык С. Козицким в 1990 году и издан в издательстве «ГАСК „ЮТ“».

Мы не будем пересказывать сюжет первого романа о Джеймсе Бонде! Зато предложим читателю его первую главу, из которой всякому станет очевидно, что Ян Флеминг (и его герой) прекрасно разбирался в игорной сути казино!

Фрагмент из романа «Казино «Рояль». Секретный агент

К трем часам ночи тяжелый спертый воздух казино начинает вызывать тошноту. Игра идет по-крупному; мало-помалу опустошение души, терзаемой алчностью, страхом и нервным напряжением, становится нестерпимым, и пробудившиеся чувства отчаянно протестуют.

Джеймс Бонд внезапно понял, что устал. Он знал свою меру и никогда не переходил грань. Это помогало ему избегать истощения, которое притупляет чувства и в результате приводит к ошибкам.

Он незаметно отошел от рулетки, на миг задержавшись у латунного поручня, окружавшего центральный стол в salle privée.

Ле Шифр до сих пор играл и, очевидно, по-прежнему выигрывал. Перед ним валялась куча пестрых фишек достоинством по сто тысяч франков. Пухлой левой рукой он прикрывал скромную стопку крупных желтых фишек ценой в полмиллиона франков каждая.

Бонд какое-то время разглядывал его запоминающийся выразительный профиль, затем повел плечами, желая отогнать назойливые мысли, и вышел.

Касса казино окружена барьером, доходящим до подбородка посетителей. За ограждением сидит на стуле кассир – заурядный банковский клерк. Он полностью поглощен купюрами и фишками, которые аккуратно разложены по полочкам, находящимся по ту сторону барьера, примерно на уровне паха. Кассир вооружен тяжелой дубинкой и пистолетом, поэтому никому не удастся преодолеть ограждение, схватить несколько пачек купюр, снова перескочить через барьер и беспрепятственно покинуть здание. К тому же кассиры, как правило, работают в паре.

Лениво размышляя об этом, Бонд взял у клерка сначала пачку стотысячных, а вслед за нею несколько стопок десятитысячных банкнот. Одновременно он прокручивал в голове воображаемую картину грядущего утреннего собрания правления казино.

«Мсье Ле Шифр взял два миллиона. Играл как обычно. Мисс Фэрчайлд заработала миллион, после чего покинула казино. Всего за час она реализовала три „банка“ мсье Ле Шифра. Действовала хладнокровно. Мсье виконт де Вильорен заполучил на рулетке миллион двести. Играл по максимуму на первой и последней дюжинах. Ему повезло.

А этот англичанин, мистер Бонд, за два дня довел свой выигрыш до трех миллионов ровным счетом. Ставил по прогрессивной системе на красное за пятым столом.

По-видимому, этот человек настойчив и не разменивается по мелочам. Удача ему улыбалась. И нервы у него крепкие. Вечерняя прибыль от „девятки“ составила такую-то сумму, от баккара – такую-то, от рулетки – такую-то.

Что-то в этом духе, подумал Бонд, пройдя сквозь распашные двустворчатые двери salle privée и кивнув на прощанье усталому служащему в вечернем костюме, чьи обязанности состояли в том, чтобы при малейшем подозрении перекрывать выход нажатием специальной электрической педали, запирающей двери.

Потом члены правления подведут баланс и разойдутся по домам или отправятся завтракать в кафе.

Что касается ограбления кассы, над которым Бонд раздумывал сугубо из праздного интереса, то для такого предприятия, пожалуй, понадобится десяток крепких парней, которым непременно придется уложить на месте парочку служащих казино. Вот только вряд ли во Франции сыщется десять надежных киллеров, да если уж на то пошло, и в любой другой стране тоже.

Протянув тысячу франков и спустившись вниз по ступенькам, Бонд заключил, что Ле Шифр ни при каких обстоятельствах грабить кассу не станет, и окончательно выбросил мысль о налете из головы. Он перешел к анализу своих физических ощущений. Под подошвами ботинок противно поскрипывал гравий, во рту ощущалась неприятная горечь, подмышки слегка вспотели. Глаза опухли. Щеки и нос горели.

Бонд глубоко вдохнул свежий ночной воздух и постарался сосредоточиться. Интересно, побывал ли кто-нибудь в его номере после того, как сам он еще перед обедом покинул гостиницу.

Он пересек широкий бульвар и через сквер направился к отелю «Сплендид». У стойки Бонд улыбнулся портье, который вручил ему ключ (от сорок пятого номера на втором этаже) и телеграмму.

Сообщение пришло с Ямайки. Оно гласило, что десять миллионов франков ему уже высланы. Телеграмма пришла в ответ на сегодняшний запрос о дополнительном финансировании, отправленный Бондом через Париж в лондонскую штаб-квартиру. Париж связался с Лондоном, Клементс – глава департамента, где служил Бонд, – обратился к М., и тот, сухо улыбнувшись, велел посреднику уладить дело с казначейством.

Бонд когда-то работал на Ямайке, и в Руайаль-лез-О находился под видом очень состоятельного клиента фирмы Кафри – главного импортно-экспортного предприятия Ямайки. Вот почему инструкции он получал от некого молчаливого типа по имени Фосетт, заведующего фотоотделом популярной карибской газеты «Дейли глинер».

Этот самый Фосетт был когда-то счетоводом в одном из крупнейших черепашьих промыслов Каймановых островов. В начале войны он добровольцем поступил на военную службу и оказался помощником казначея в небольшой части морской разведки на Мальте. В конце войны, когда он с тяжелым сердцем уже собирался возвращаться на Кайманы, на него обратили внимание в карибском подразделении разведывательного управления. Его в ускоренном темпе обучили азам фотографии и кое-чему еще, а затем Фосетт с негласной помощью одного влиятельного ямайского чиновника водворился в фотоотделе «Глинера».

В промежутках между сортировкой снимков, присылаемых ведущими агентствами – «Кистоун», «Уайд уорлд», «Юниверсал», «Ай-Эн-Пи», «Рейтер-фото», – он время от времени получал по телефону весьма категоричные инструкции от человека, которого ни разу не видел, и должен был выполнять некие простые действия, требовавшие лишь чрезвычайной осмотрительности, быстроты и точности.

Эти услуги ежемесячно приносили Фосетту двадцать фунтов, которые неукоснительно переводились на его счет в Королевском банке Канады якобы каким-то английским родственником.

В настоящее время перед Фосеттом была поставлена задача без промедления пересылать Бонду те сообщения, что надиктовывал по домашнему телефону безымянный связной, заверивший абонента, что ни одно из этих сообщений не вызовет у ямайской почты никаких подозрений. Поэтому Фосетт ничуть не удивился, узнав, что неожиданно превратился во внештатного корреспондента агентства «Мэритайм пресс энд фото» с правом отправки оплаченных сообщений во Францию и Англию и ежемесячной прибавкой к жалованью еще десяти фунтов.

Фосетт воспрянул духом, начал грезить о медали Британской империи и даже сделал первый взнос за «моррис-майнор»[6]. А кроме того, приобрел зеленый пластиковый козырек, о котором давно мечтал, чтобы обозначить свою принадлежность к миру журналистики[7].

Кое-какие из этих подробностей припомнились Бонду при прочтении телеграммы. Он привык получать указания окольным путем, и его это даже устраивало. Возникало ощущение определенной свободы действий при сношениях с М., так как Бонд выигрывал лишний час или два.

Он понимал, что, скорее всего, заблуждается, и в Руайаль-лез-О вполне могут находиться другие сотрудники разведслужбы, отсылающие сообщения независимо от него, однако был не в силах отказаться от иллюзии, что жутковатое здание близ Риджентс-парка и те холодные умы, что заварили всю эту кашу, а теперь наблюдали за процессом и руководили им, находятся не в каких-то ста пятидесяти милях от него, по ту сторону Ла-Манша, а много, много дальше.

Точно так же и Фосетт, выходец с Каймановых островов, ныне осевший в Кингстоне, понимал, что если он купит «моррис-майнор» сразу, а не в рассрочку, то кое-кто в Лондоне рано или поздно прознает об этом и захочет выяснить, откуда взялись деньги на автомобиль.

Бонд дважды перечитал телеграмму. Потом вырвал чистый бланк из лежавшей на стойке книжечки (не стоит оставлять оттиск на следующей странице) и прописными буквами вывел ответ…

Затем он отдал бланк портье, а телеграмму, подписанную да Силвой, сунул в карман. Те, на кого работает портье (если таковые вообще существуют), смогут получить ее за взятку в местном почтовом отделении, если портье еще не удосужился вскрыть конверт над паром или прочесть текст вверх ногами, пока его изучал сам Бонд.

Прихватив ключ от номера, Бонд пожелал портье доброй ночи и, кивнув на ходу лифтеру, направился к лестнице. Ему было отлично известно, какую опасность может представлять собой лифт. Вряд ли на втором этаже кто-нибудь ошивается, однако осторожность никогда не помешает.

Бонд стал не спеша подниматься по лестнице. Он уже жалел, что так высокомерно ответил М. через ямайского связного. Будучи игроком, он понимал, что не стоит и ввязываться, располагая столь скромными средствами. Впрочем, М., быть может, больше ничего не даст. Бонд пожал плечами, вышел с лестничной площадки в коридор второго этажа и бесшумно направился к двери своего номера.

Бонд точно знал, где находится выключатель. В мгновение ока, широко распахнув дверь и включив свет, он уже стоял на пороге с пистолетом в руке. Тихое и безлюдное помещение безмятежно насмехалось над ним. Не обращая внимания на полуоткрытую дверь ванной, он запер за собой дверь, включил лампу на прикроватной тумбочке, подсветку зеркала и бросил пистолет на канапе у окна. Затем наклонился и придирчиво рассмотрел собственный черный волосок, который лежал, непотревоженный, там, где был оставлен перед уходом, – в ящике письменного стола.

После этого Бонд изучил едва заметную полоску талька на внутренней поверхности фарфоровой ручки гардероба. Порошок как будто нетронут. Бонд прошел в ванную, открыл крышку бачка и убедился, что уровень воды по-прежнему соответствует крошечной отметинке на поверхности медного поплавка.

Обязательная проверка «охранной сигнализации» вовсе не казалась Бонду пустым или глупым занятием. Он секретный агент, и все еще жив только благодаря неукоснительному вниманию к мельчайшим деталям. Рутинные предосторожности виделись ему столь же осмысленными, как водолазу, летчику-испытателю или представителю любой другой опасной профессии.

Удостоверившись, что за время его пребывания в казино номер никто не обыскивал, Бонд разделся и встал под холодный душ. Затем закурил семидесятую за день сигарету и уселся за письменный стол с толстой пачкой денег, полученных в казино, чтобы занести в маленький блокнотик несколько цифр. За два дня он выиграл ровно три миллиона франков. Ему выделили десять миллионов, а теперь он запросил у Лондона еще десять. С учетом нового поступления, которое уже на пути в местный филиал «Лионского кредита», его оборотный капитал составит двадцать три миллиона франков, или около двадцати трех тысяч фунтов.

Несколько минут Бонд сидел неподвижно, устремив взгляд на море, темневшее за окном, затем сунул ворох купюр под подушку вычурной односпальной кровати, почистил зубы, выключил повсюду свет и с наслаждением залез под жесткие французские простыни. Минут десять он лежал на левом боку, анализируя события прошедшего дня. Затем повернулся на правый бок и приготовился ко сну.

Последнее, что он сделал, прежде чем погрузиться в объятия Морфея, – сунул руку под подушку и нащупал рукоятку кольта «полис позитив» тридцать восьмого калибра со спиленным стволом. Затем Бонд уснул, и когда веки закрылись, погасив яркие насмешливые искорки в глазах, лицо его превратилось в непроницаемую маску, ироничную, безжалостную и холодную.

 

Подписаться на новые публикации автора

Комментарии (0)

Пожалуйста, авторизуйтесь для того, чтобы комментировать