Категории

Материалы

Николай I

Николай Павлович Романов, (25.6(6.7).1796, Царское Село, ныне г. Пушкин, – 18.2(2.3).1855 Петербург), император всероссийский (1825-55). Николай I, особое внимание уделявший укреплению порядка в стране, в указе 1832 г. «с прискорбием» отмечал, что, несмотря на запрещение 1801 г. и «некоторые примеры праведной строгости», страсть к запрещённой игре и алчность к приобретению чужой собственности «не перестают по временам являть и новые жертвы, и новых нарушителей государственных постановлений». Азартная игра, «в одно мгновение отъемлющая достояние у семейств, многолетним трудом приобретённое, и предающее оное людям, своими поступками позор общества составляющим», определялась как «нравственная зараза, в благоустроенном государстве никогда и ни под каким видом нетерпимая». Играющих в запрещённые игры предписывалось предавать суду, «для строгого по законам наказания, без всякого различия званий и чинов [курсив оригинала] усугубляющих по мере возвышения оных виновность ими отмеченного».

Впрочем, запрещая азартные игры (игры, где выигрыш зависит только от случая), сам Николай I в них на сколько-нибудь крупные суммы не играл. Сохранившиеся свидетельства упоминают игру императора в макао, вист-префе­ранс и баккара. По сообщению графа В.А. Соллогуба, во время немноголюдных «собраний» у императрицы к вечернему чаю «государь, обменявшись благосклонными словами с каждым из присутствующих, садился за карты». Историк Ю.В. Готье отмечал, что император испытывал удовольствие от «самодовольного сознания, что он может играть в запрещённую его подданным игру, потому что он «сам козырь».

Однако по характеру Николай I не был игроком. Выигрывал император не часто и неоднократно «жаловался на своё несчастие в картах». Однажды, когда ему удалось выиграть 21 руб. серебром, он подарил деньги своей супруге императрице Александре Фёдоровне на шляпку. Императрица шутливо поблаго­дарила, прибавив: «Это не будет нечто великолепное, конечно, без перьев, но, во всяком случае, это выгодно».

«Счастливый случай» в картах Николай Павлович признавал в благотворительных и праздничных карточных лотереях, до ко­торых был большой охотник. Вещи для подарков в виде серебря­ных изделий, статуэток, малахитовых чернильниц, вееров, пряжек доставлялись из Английского магазина. Отмечая, что импера­тор выступал главным действующим лицом на этих лотереях, граф В.А. Соллогуб писал: «Все эти вещи размещались камер-лакеями на нескольких столах в зале, примыкавшей к гостиной императри­цы. После чая государь переходил туда и садился перед неболь­шим столиком, на котором лежала игра карт. Надо сказать, что под каждой из названных мною вещей вместо номера лежало на­звание карты: двойка бубен, или десятка треф, или валет червей и пр. – «Господа, обращался к окружавшим его столик царедворцам государь. – Кто из Вас желает купить у меня девятку червей? Славная карточка»... Выигрыши Николай I вручал лично, а деньги, собранные на лотереях, после того, как следовал счёт с магазином, «раздавались петербургским бедным». На одной из таких благотворительных лотерей в 1838 г. был разыгран портрет В.А. Жуковского, написанный К.П. Брюлловым, а на вырученные деньги выкуплен на волю Т.Г. Шевченко, поступивший после этого в Академию художеств.

Николай I неоднократно обращал внимание руководства Императорской Карточной фабрики на низкое качество игральных карт русского производства, которые «дурны, рвутся и неровны». На отчёте фабрики за 1847 год он написал: «Заметить, что карты весьма дурно делаются». Несколько раз во время игры в руки императора попадали бракованные колоды, которые он отсылал на Карточную фабрику с неизменным требованием объяснений и принятия мер. Так, однажды в колоде отсутствовали три карты – король, дама и валет пиковой масти. В связи с этим на фабрике был введён особый порядок проверки карт, предназначавшихся для императорского двора: каждая колода по одной карте раскладывалась на столе и лично свидетельствовалась Главным мастером. В общей сложности «царские» колоды пересчитывались не менее 6 раз. Кроме того, на ребристой стороне сорочек (бумажных упаковок, в которые завёртывались отдельные колоды) стали ставить номера, а на левой стороне бандероли – литеры, которым вёлся учет.

В 1830-1840-х гг. на Карточной фабрике были изготовлены игральные карты по оригинальным рисункам английского карточного мастера Деларю. Известна резолюция Николая I на докладе о разработке новых рисунков карт: «Не вижу никакой причины переменять прежние рисунки».

Литература: Выскочков Л.В. Император Николай I: человек и государь.

Е. Григоренко

Подписаться на новые публикации автора

Комментарии (0)

Пожалуйста, авторизуйтесь для того, чтобы комментировать